От чтения новостей может создаться впечатление,будто Россия играет какую-то важную роль в урегулировании проблемы взаимоотношений Ирана с окружающим миром.

Пышные встречи не должны вводить в заблуждение: отношения между Ираном (президент Масуд Пезешкиан слева) у России далеко не безоблачные

president.ir

О намерении поддерживать контакты с Путиным ради урегулирования иранской ситуации заявил на прошлой неделе французский президент Эмманюэль Макрон. Иранский вопрос с Путиным обсуждалпрезидент США Дональд Трамп. Приезжал в Москву и иранский президент Пезешкиан,хотя ни о каких конкретных результатах его визитов не сообщалось.

Все эти сообщения и контакты,однако,заставляют непредвзятого наблюдателя подозревать участников подобных действий в желании выдать желаемое за действительное. Реальные возможности России в Иране оставляют желать лучшего.

Политическое влияние Кремля в Иране,да и на Ближнем Востоке в целом,стремится к нулю,и в Тегеране об этом уже не стесняются говорить открыто. Тот же Пезешкиан сказал,что Ирану не нужна поддержка России или Китая в случае войны. А участие иранского президента в саммите Организации экономического сотрудничества (ОЭС) в Ханкенди (бывшем Степанакерте,столице Нагорного Карабаха) показало,в какую сторону направлены усилия Тегерана по выходу из международной изоляции.

ОЭС по сути своей нацелена на ослабление российского влияния в регионе и усиление позиций Турции.

Иранские руководители считают,что Москва предала интересы Ирана в Сирии,когда отказалась поддержать режим президента Асада. Россию винят за нарушение обещаний о поставке современных истребителей и систем ПВО самому Ирану и не устают напоминать,как Россия поддерживала в ООН антииранские санкции. Планы восстановления военного потенциала после 12-дневных налётов Израиля иранцы связывают не с Россией,а с Китаем.

К тому же общественное мнение в Иране издавна мотивировано недоверием к «северному соседу»,которому до сих пор не могут простить захват иранских земель по Гюлистанскому и Туркманчайскому договорам XIX века,попытки создания советских республик на иранской территории в 1920-х годах и после Второй мировой войны,спонсирование советской коммунистической агентуры и многое другое. Доверия к России у иранцев нет,и на роль посредника в каком-то политическом урегулировании военные преступники из Кремля претендовать не могут.

Гипотетически,фактором влияния могла бы считаться вовлечённость России в иранскую экономику,но и здесь мы имеем дело не с динамическим развитием торговых связей и осуществлением реальных проектов,а с набором благих пожеланий,которые повторяются политиками и провластными СМИ из года в год.

Товарооборот между двумя странами,по официальным данным,постепеннорастети в 2024 году достиг 4,8 млрд долларов в год. Но этовдвое меньше,чем в торговле России с Объединенными Арабскими Эмиратами и более чем в 10 раз меньше,чем с Турцией. В свою очередь,оборот Ирана с Турцией в два с половиной раза больше,чем с РФ.

Когда в прошлом году глава Совместной ирано-российской торговой палаты Хади Тизхуш Табан сообщил,что РФ стала крупнейшим иностранным инвестором в Иране,это говорило не о больших капиталовложениях российских компаний в его страну,а о незначительности инвестиций из других государств по причине международных санкций. Табан сослался тогда на то,что российская сторона вложила 2,7 млрд долларов в два нефтяных проекта,что составило 45% всех иностранных инвестиций. На самом деле это были затраты «Лукойла» на давнишние проекты,которые были брошены российской компанией,когда Иран стал объектом санкций.

Много раз повторявшиеся заявления,будто Россия якобы планирует вложить 8 млрд долларов в газовые проекты на территорииИрана,не подкрепляются фактами. фактами. Подписанный в прошлом году «Газпромом» и Национальной иранской газовой компанией «стратегический меморандум» о будущих поставках российского газа в Иран реальных обязательств участников не предусматривает,и работа в этом направлении не ведётся ни в Москве,ни в Тегеране,не говоря уже о Баку,где должны дать «добро» на транзит газовых поставок.

Вывод однозначен: у России нет никаких рычагов воздействия на режим Исламской Республики Иран,нет и шансов на то,что попытки посредничества будут восприняты в Тегеране и других столицах мира как потенциально эффективные.

Оставим домыслы о великой роли России на Ближнем и Среднем Востоке путинским пропагандистам.