Пока что это кажется бредом – Госдума принимает закон,согласно которому любая организация с иностранным участием считается нежелательной автоматически.

Фестиваль молодежи и студентов в 1957 году был первой и для многих советских людей единственной возможностью увидеть иностранца

mos.ru

Что? Имеждународный клуб филателистов? Имеждународные научно-исследовательские проекты? (Ах,да,ониже приостановлены!) Ифутбольные клубы,набравшие себе легионеров? (Или долегионеров пока дело недошло? Ноничего— дойдет.)

Это кажется бредом,ноуже только снаружи страны,аневнутри. Инелюдям,успевшим пожить вСоветском Союзе,где бред международной изоляции считался нормой.

Яже помню,как это было. Студентом яизучал флорентийские официальные праздники XV века— балы,парады,турниры— ивсерьез думал,что никогда неувижу города,историю которого изучаю. Никупола Брунеллески,николокольни Джотто,нибаптистерия Гиберти— никогда неувижу воочию,буду изучать покартинкам. Как мои профессора,специалисты поШекспиру иКальдерону,которые впервые попали вБританию иИспанию соответственно,только уже став маститыми учеными вСоветском Союзе.

Как академик Кнорозов,который разгадал письменность майя покартинкам,аувидел еетолько под старость,совершив уже все свои научные открытия.

Это казалось нормой. Икогда в1991-м году япопал воФлоренцию исвоими глазами увидел собор Санта Мария дель Фиоре,тобыл настолько шокирован невозможностью происходящего,что,шагая поулице иглазея наКупол,ударился смаху головой офонарный столб. Черт! Явсего лишь шел поулице,очень красивого,новсего лишь одного изевропейских городов,амне казалось,будто явосне,тогда как явью казалась мне принципиальная недоступность окружающего Россию мира.

Изоляция казалась естественной. Мой (царство небесное) дядюшка,вообще-то непропускавший ниодной юбки,однажды впоезде Москва— Ленинград оказался вдвухместном купе ссимпатичной девушкой,стал было подбивать клинья,нодевушка отвечала,хоть иблагосклонно,носакцентом ипризналась,что американка. Ичтобы выдумали? Отчаянный ходок бежал,как еслибы вагина американок снабжена была тремя рядами акульих зубов,идосамого Ленинграда прятался отсимпатичной девушки втамбуре.

Авфильме «Оттепель»,помните?

Героиня вовремя Фестиваля молодежи истудентов,едва познакомившись,занимается сексом счернокожим американцем просто потому,что знает— такого шанса веежизни никогда,никогда,никогда больше неповторится. Иэто оттепель— время когда естественная изоляция ненадолго прохудилась.

Россияне (советские люди) жили визоляции десятилетиями,иона казалась нормальной. Жили так,как будто,кроме них,вмире нет больше никого,только безликие враги. Всерьез верили,будто паровую машину изобрел Ползунов,анеУатт,радио изобрел Попов,анеМаркони,исимптом Блюмберга открыл Щеткин…

Даже тадобрая половина своей родной русской культуры,что уехала наЗапад,была россиянам недоступна,инеощущалось вней потребности. Литературоведы,как выяснилось,могут жить без Набокова— Платоновже есть,зачем еще иНабоков?

Вот про это яиговорю— когда окончательная изоляция наступит,вынезаметитеее. Как ее незамечают теперь северные корейцы.